международная политика

Индия и Пакистан на пути к войне

Индия и Пакистан на пути к войне

В ночь на четверг, 29 сентября, индийские вооруженные силы атаковали цели на пакистанской территории, пакистанцы ответили артиллерийским огнем. Счет погибших с обеих сторон идет на десятки. Исламабад обвиняет Индию в неприкрытой агрессии, Нью-Дели эвакуирует все население в приграничной полосе шириной 10 километров и спешно проводит перегруппировку войск.

Две ядерные державы оказались на пороге войны. Что происходит сейчас на индийско-пакистанской границе и как это затронет Россию — в материале «Ленты.ру».

Линия контроля в огне

В полпервого ночи 29 сентября индийские вертолеты сразу в пяти местах пересекли линию контроля в Кашмире, нашпигованную минами и блок-постами, и выбросили над пакистанской территорией десант. После приземления спецназовцы скрытно вышли к целям — лагерям боевиков и стартовым площадкам, с которых исламисты реактивными снарядами обстреливали индийских пограничников, — и в коротком бою уничтожили их. Итоговый результат — убиты 38 боевиков из террористических организаций «Джейш-э-Мухаммед», «Лашкар-э-Тоиба» и «Хизб-уль-Муджахеддин», а также девять пакистанских военнослужащих — инструкторы и охрана стартовых площадок. Два индийских спецназовца получили легкие ранения, отряды без потерь вернулись на базу. Вся операция заняла четыре часа.

Так Минобороны и СМИ Индии описали то, что произошло той ночью. «Точечные удары» (определение военных) контролировал лично премьер Нарендра Моди.

Спустя несколько часов пакистанская артиллерия открыла огонь по индийским погранпостам. Три из них серьезно повреждены, Исламабад сообщил о гибели 21 индийского солдата и пленении одного военнослужащего. Пакистанское телевидение весь день показывало снятые с беспилотников кадры — воронки от снарядов на месте индийских блокпостов, разрывы, накрывающие индийские патрули, тела убитых. Как заявил премьер Наваз Шариф, это ответ на «неприкрытую агрессию» Индии, в результате которой погибли два пакистанских военнослужащих. Никакой операции индийского спецназа, объяснил Шариф, не было. Просто индийское руководство решило поиграть мускулами, отдав приказ артиллерии накрыть пакистанские блокпосты. Граница по-прежнему на замке.

Удачный момент

Нынешняя стрельба на границе — следствие многолетнего конфликта в Кашмире. Ситуация в регионе обострилась несколько месяцев назад, после того как индийский спецназ уничтожил «кашмирского Че Гевару» Бурхана Вани, лидера и кумира молодых сепаратистов. После его гибели Исламабад демонстративно объявил траур, а пакистанские националисты пообещали перейти границу и «освободить Кашмир». В Нью-Дели это расценили как вызов, тем более что индийское руководство давно и небезосновательно обвиняло пакистанские власти и межведомственную разведку в раздувании пламени кашмирского мятежа.

Но камнем, сдвинувшим лавину, стала неожиданная атака боевиков на штаб-квартиру одной из индийских бригад недалеко от округа Ури 18 сентября. Тайно перейдя линию контроля, четыре подготовленных в Пакистане экстремиста расстреляли 19 индийских солдат. После этого индийский премьер Нарендра Моди назвал Пакистан экспортером терроризма и пообещал, что убийцы не останутся безнаказанными.

Момент для ответа Нью-Дели выбрал удачно. Соединенные Штаты, которые обычно умудрялись балансировать между Индией и Пакистаном, — на пороге выборов, и кто бы ни стал следующим президентом, строить внешнюю политику ему придется, исходя из той ситуации, которая сложится на момент его вступления в должность. Таким образом, Нарендра Моди ставит дорогого друга Барака, с которым у него «личная химия» и прекрасные отношения, перед выбором: не пора ли США определиться с союзниками? За несколько месяцев до окончания президентского срока Обама вполне может счесть, что Индия, перспективный стратегический партнер, явно предпочтительнее строптивого Пакистана.

Удачно сложилось и в ООН — на 71-й сессии Генассамблеи как раз начались прения, и индийское руководство в ответ на пламенный рассказ пакистанского премьера Наваза Шарифа о страданиях кашмирского народа перед всем мировым сообществом с трибуны обрушилось на Исламабад, обвиняя его в поддержке терроризма. Глава МИД Сушма Сварадж не скрывала своих целей: добиться полной международной изоляции Пакистана.

Наконец, повезло индийцам и с внутриполитической ситуацией в Пакистане: многие подразделения пакистанских вооруженных сил плотно завязли в боях с талибами на северо-западной границе. Перебросить их на индийский рубеж — значит, отдать боевикам обратно целые районы, освобожденные с таким трудом.

Вода и экономика

Речами в ООН индийское руководство не ограничилось. Премьер Моди пригрозил, что Нью-Дели пересмотрит Договор о водах Инда (истоки большинства притоков этой реки находятся на индийской территории) и начнет забирать больше воды, чем до сих пор. «Кровь и вода, — объяснил Моди, — не могут течь вместе». Пакистанские фермеры по всему течению и в низовьях, и без того регулярно теряющие урожай из-за засухи, могут попасть в критическую ситуацию. С момента заключения договора в 1960 году Индия и Пакистан дважды находились в состоянии войны, но Нью-Дели ни разу не нарушил соглашения. Исламабад пригрозил: если индийцы выполнят свою угрозу, он расценит это как акт агрессии и подаст иск в международный суд. Вряд ли Моди всерьез намерен лишить Пакистан воды. В конце концов, истоки Брахмапутры, которая питает водой весь северо-восток Индии, находятся на территории Китая, союзного Пакистану. В эту игру можно играть втроем, и вряд ли в выигрыше в конечном итоге окажется Индия.

Но самый серьезный удар — отказ Индии присутствовать на очередном саммите СААРК, Южно-Азиатской ассоциации регионального сотрудничества, торгового блока, объединяющего страны региона, который сама Индия и создала в 1985 году. Тогда на организацию в Нью-Дели возлагали большие надежды: лидерство в экономическом союзе с более чем полутора миллиардами населения существенно увеличивало вес Индии на мировой арене. Однако постепенно индийское руководство стало тяготиться СААРК: экономическая интеграция шла ни шатко ни валко, и участие в ассоциации приносило больше проблем, чем пользы, сковывая индийскую внешнюю политику.

Отказ Индии беспрецедентен — даже после Каргильского конфликта в 1999 году, когда дело чуть не дошло до открытой войны между Индией и Пакистаном, встреча СААРК прошла как ни в чем не бывало. В этот раз, кроме индийского руководства, ехать на саммит отказались лидеры Бутана, Бангладеш и Афганистана. Без половины участников, включая крупнейшего игрока в Южной Азии, встреча теряет всякий смысл. Те, кто отказались от саммита, — ключевые союзники Индии в регионе, страны, в сближении с которыми Нью-Дели больше всего заинтересован. Заодно Индия заявила, что может лишить Пакистан статуса привилегированного торгового партнера — это нанесет удар по пакистанской экономике.

Активная оборона

Нынешние действия Индии — быстрые, жесткие, иногда авантюрные — совершенно не похожи на ее предыдущую стратегию. Генеральный секретарь правящей «Бхаратия Джаната парти» Рам Мадхав заявил: «Мы осознаем, что время стратегического сдерживания закончилось. Индия должна жестко отвечать на угрозы, мы должны действовать на опережение».

Разработчиком нынешней жесткой политики по праву считается советник премьера Моди по вопросам безопасности Аджит Довал — легенда индийской разведки, бывший нелегал, участвовавший в самых опасных операциях против боевиков по всей Индии и за рубежом. Незадолго до того, как Моди взял Довала в команду, тот сформулировал основу своей стратегии. Ее уже прозвали «доктрина Довала», хотя сам чиновник предпочитает термин «активная оборона».

«Еще один теракт наподобие мумбайского (в 2008 году в Мумбаи от рук подготовленных в Пакистане террористов погибли 266 человек — прим. «Ленты.ру»), и вы потеряете Белуджистан, — предупредил Довал власти в Исламабаде. — Пакистан во много раз уязвимее Индии. Стоит только Индии сменить обычную оборону на оборону активную, и пакистанцы поймут, что они проиграли».

Слова о Белуджистане — мятежном пакистанском регионе, где давно действуют сепаратисты, — как выяснилось, не были пустой угрозой. Хотя Пакистан и раньше обвинял индийскую разведку в помощи мятежникам, Нью-Дели неизменно это отрицал. Однако 14 сентября постоянный представитель Индии при ООН Аджит Кумар заявил: «Пакистан систематически нарушает права своих собственных граждан, в том числе в Белуджистане». Аналитики по обе стороны границы расценили эти слова как завуалированную угрозу: отныне Индия будет помогать повстанцам в Белуджистане так же, как Пакистан помогает повстанцам в Кашмире. То, что слова Кумара прозвучали за четыре дня до атаки боевиков на штаб бригады в Ури, свидетельствует: «доктрина Довала» была разработана загодя, и в Нью-Дели только ждали случая пустить ее в ход. Пакистан этот шанс Индии предоставил.

Сейчас Индия и Пакистан повышают ставки, отвечая на каждый обстрел еще более мощным, на каждую угрозу — новой угрозой. Тот, кто первым сделает шаг назад, потеряет политические очки и проиграет. Но если и дальше наращивать ставки, на стол рано или поздно будет выложено ядерное оружие, которого у обеих держав хватает.

Пока Нью-Дели и Исламабад меряются мускулами, Россия оказалась в сложной ситуации. Как назло, в Приморье сейчас проходят совместные российско-индийские учения «Индра-2016», а на полигоне Черат в Пакистане российские военные вместе с пакистанскими участвуют в маневрах «Дружба-2016». Об отмене учений пока не объявляли — значит, в высоких штабах считают, что до войны еще далеко.

Сюжет дня

Парнерская программа

Голосование

Могут ли высокие тарифы на коммунальные услуги привести к социальным бунтам в Украине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
 `